Проект «Туманганский путь» (далее — ТП) представляется как перспективная инициатива, направленная на укрепление российско-китайского сотрудничества и развитие юго-западного Приморья. В то же время, река Туманная является одним из самых политически и экономически значимых водных объектов Северо-Восточной Азии, который на протяжении более полутора веков находится в фокусе внимания руководства КНР.
Автор: Тарантул Роман Викторович, соискатель степени кандидата политических наук при Восточном институте ДВФУ, член ПКО РГО – ОИАК.
Рассматривая проект ТП в контексте китайской пограничной политики, важно отметить, что в современной практике, казалось бы, разрозненные и мелкомасштабные экономические инициативы КНР зачастую становятся шагами в достижении долгосрочных стратегических целей. Подобная ситуация, к примеру, имела место в угольной промышленности Монголии. Руководство страны на протяжении 2000–2010-х гг. неоднократно принимало меры, направленные на ограничение китайского инвестиционного присутствия в горнодобывающем секторе. Показательным примером стал принятый в 2012 г. Великим государственным хуралом закон «Об иностранных инвестициях в стратегические предприятия», согласно которому иностранные инвесторы не имели права контролировать более 1/3 доли в стратегических предприятиях. Жители Монголии неоднократно выходили на экологические и антикитайские протесты. Однако, несмотря на существующие препятствия и противоречия, китайские частные и государственные компании реализовали целый комплекс инвестиционных проектов, направленных на экспорт монгольского угля в КНР. В результате на сегодняшний день около 90 % добываемого в Монголии угля поставляется в КНР.
Вопрос судоходства по реке Туманной с целью выхода в Японское море, вероятно, является для Пекина одной из тех самых стратегических целей, для достижения которой китайское правительство готово предпринимать на первый взгляд мелкомасштабные, но в то же время последовательные и поступательные шаги. Так, ещё в 1886 году китайская делегация в ходе совместной проверки линии границы подняла перед российской стороной вопрос «плавания судов Срединного государства до устья Тумэнь-улы», о чём была сделана соответствующая запись в протоколе переговоров. Ведомство иностранных дел Российской Империи в согласовании данного вопроса китайской стороне отказало. Впоследствии дипломаты КНР неоднократно поднимали данный вопрос и перед советскими коллегами. В результате положение о возможности плавания китайских судов по реке Туманная с выходом в Японское море и обратно нашло отражение в Соглашении между СССР и КНР от 1991 года о советско-китайской границе на её восточной части.
В наши дни в случае успешной реализации исключительно туристического проекта ТП данная норма рано или поздно может лечь в основу дискуссий и о возможности грузового судоходства по реке. Поэтому, дабы обсуждаемый нами сегодня проект не стал одним из тех тактических шагов, которые позволят китайской стороне достичь стратегической цели выхода в Японское море, необходимо совместно доработать существующую правовую базу. В первую очередь, целесообразно рассмотреть возможность внесения поправок в советско-китайское соглашение о восточной части границы от 1991 года, направленных на недопущение даже возможности обсуждения вопросов прохождения торговых судов КНР по р. Туманной. Для этого целесообразно в тексте соглашения разграничить категории «пассажирское» и «грузовое» судоходство, закрепив возможность прохода пассажирских судов и запретив движение грузовых. Данный вопрос требует тщательной проработки с привлечением опытных юристов и специалистов-международников.
Кроме того, реализация проекта невозможно без доработки нормативной базы по пунктам пропуска. Здесь ситуация также гораздо сложнее, чем кажется. На начальном этапе проект подразумевает лишь заход китайских туристов в российскую часть вод р. Туманной без схода на берег. Однако нахождение иностранных граждан на территории РФ без отметки в паспорте попросту невозможно. Поэтому при подобной схеме туристского маршрута необходимо в рамках двустороннего соглашения определить, где и как будет осуществляться пограничный и таможенный контроль. Наиболее вероятным сценарием представляется оборудование некоего плавучего пункта пропуска, наподобие недавно открытого в г. Хабаровск.
В проекте не проработан и вопрос пограничного контроля в случае схода китайских граждан на российский берег. В презентациях докладчиков прозвучало несколько мест для возможной швартовки туристических судов: посёлок Хасан, порт Зарубино и бухта Алеут. В Хасане сегодня имеется только железнодорожный пункт пропуска. Как следствие, на сегодняшний день прибытие речного транспорта здесь попросту невозможно. Порт Зарубино хоть и имеет морской пункт пропуска, но является сугубо грузовым объектом, через который экспортирую металлы, зерно, водные биоресурсы. Даже краткосрочное нахождение иностранных гостей на зарубинских причалах существенно снижает туристическую привлекательность проекта. Бухта Алеут, где инициаторы проекта предлагают разместить туристический кластер, на сегодняшний день вообще не оборудована какими-либо пограничными переходами.
